Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

Глава 9. Служебный роман

Пока-пока, нелюбимая работа – хозяйка всячески изгаляется, описывая в красках мою недобросовестность. Отгулы без предупреждения стоят мне некоторой недоплаты, но я со стоическим равнодушием выслушиваю все претензии и обхожусь без напутственных отправлений скандальной бабы к черту.

После обретения свободы я трачу несколько часов и изрядную сумму на новую одежду. Одно дело, когда ты живёшь в одинокой норе и вылезаешь из неё только для похода в супермаркет. И совсем другое, когда есть, для кого принаряжаться. Шифоновая туника с названием «Весенняя фея» должна быть в гардеробе каждой уважающей себя ведьмы. Ничего, что на дворе осень, феи – существа всепогодные.

Денег у меня достаточно – по моим меркам достаточности. Кормлюсь я в домах, где работаю. Часть заработка трачу на оплату крохотной квартирки с кухней в три квадратных метра. Эту жилплощадь в доме гостиничного типа сдаёт мне пожилая пара, устроившаяся в загородном доме сына. Главный плюс квартиры – абсолютное равнодушие владельцев к тому, что, как и когда я делаю. Их интересует только поступление денег. А я периодически вношу оплату заранее, чем и обеспечиваю себе репутацию надежной съёмщицы.

Вторая важная статья моих расходов – образование. Заочное обучение – своего рода покупка диплома в рассрочку. Но весь этот год я уже оплатила, а до следующего ещё нужно дожить.

Искать новую работу я пока подожду, хочется немного отдохнуть. Последний отпуск у меня случился года два назад, так что месяц-другой я могу посвятить копанию в семейных тайнах.

Самый простой путь – подчас самый заковыристый, особенно, если не можешь задать вопросы тому, кто всё знает. Прищлось потратить несколько дней на обивание разных порогов, прежде чем я выяснила, что мама работала в районном управлении образования методистом – то есть следила за тем, чтобы во всех школах таблицы умножения были нарисованы красиво и идейно правильно.

То самое управление, но под другой вывеской всё ещё работает в том же здании, и, кажется, всё с той же мебелью и теми же таблицами умножения. Мне удаётся проникнуть внутрь под пустяковым предлогом и стать героиней местной байки «Как одна сумасшедшая искала маму». Я обхожу все кабинеты с радостным выражением лица и восторженной интонацией в голосе – не знают ли милые женщины кого-либо, кто работал здесь лет пятнадцать-двадцать назад?

Глупо, но срабатывает. Идиотам легче продвинуться в поисках информации – их жалеют и стараются помочь. Будь я в деловом костюме с заготовленной серьёзной речью, сотрудницы посылали бы меня вон, даже не повернув головы.

В итоге я разживаюсь скудной, но многообещающей информацией: Лидия Борисовна Коряга ушла на повышение всего пару лет назад, а до этого бессменно руководила управлением как раз пару десятилетий.

Прорыв к начальственной Коряге оказывается задачкой посложнее, но принцип «отвяжись от нас, сумасшедшая» срабатывает и здесь.

В тучной Лидии Борисовне собраны все черты неумной стареющей женщины, но она уверена, что может и должна помыкать сотрудницами и детьми, отданными в её власть.
Как подобрать ключик к этой вредной особе?
– Простите за беспокойство, я собираю сведения о жизни Марии Рогальской. Вы вместе работали в отделе образования больше двадцати лет назад. Вы не могли бы немного рассказать о ней? Говорите всё, что хотите – и хорошее, и плохое, мне ценно любое мнение.

Никакие другие ключики не понадобились.
Услышав в моём вступлении ненавистное имя, Лидия Борисовна преображается в наивную девушку, которая четверть века назад жаждала нести в мир доброе и вечное. Идеалы рухнули, когда Лидочка столкнулась с жестоким предательством – милый Васенька пал жертвой роковых чар подлой Машки и опустился до самого низменного поступка – измены.

Длинный монолог обиженной Лидочки сводится к тому, что Мария была одержима мужчинами и нарочно влюбляла в себя тех, кто поначалу её отвергал. У разлучницы было много любовников, целый отряд очарованных мужчин ежедневно дежурил у отдела, чтобы проводить или подвезти её домой. Но поганой Машке этого оказалось мало. Встретив Васеньку, развратница сразу положила глаз на мужа подруги. Она подкарауливала Васеньку, где только могла, и кидалась на него всем телом, прижимаясь и соблазняя.

Бедная Лида и помыслить не могла, что такое бесстыдство возможно. Заподозрила неладное, когда все вокруг стали засыпать её странными намёками и насмешками. А любовники не особенно и таились: первая же засада, организованная Лидой, повергла её в шок – Васенька любил Машку прямо на рабочем столе гадины.

Разоблаченные любовники не смутились и не бросились Лиде в ноги. Вероломная Машка, поправив юбку, заявила, что у подруги больное воображение. Ничего такого и не было, Вася лишь помог ей бумагу найти. А тем, у кого с головой плохо, надо в психушке лечиться.

Обозлённая Лида вынесла адюльтер на обсуждение коллектива, но никто её не поддержал. Вася ходил с довольной мордой, Машка твёрдо стояла на том, что Лидка её оговаривает, потому что подсидеть хочет. И муж Машки, которого Лида взялась просветить, встал на защиту чести жены, заявив, что его верную возлюбленную оклеветала злобная базарная баба…

Дослушивая эту любовную эпопею, я быстро сопоставляю даты: в момент адюльтера Лиде было чуть больше двадцати. Значит, я уже родилась. Если предполагать, что мама – всё-таки мама, Василий Коряга не может быть моим отцом. Это и хорошо – достойный человек не будет так беспардонно изменять молоденькой жене.

Содержательная часть истории исчерпывается, остаётся только бездумное поливание грязью Васьки и Машки. Пора выбираться из этого болотца:
– Вы развелись с мужем из-за этого?
– Развелась бы обязательно. Но вскоре после скандала он погиб.
– Мне жаль.
– А мне нет. Всё к лучшему. Я погоревала, но потом встретила хорошего человека – и думать забыла про свои печали.
– Вы слышали что-нибудь о детях Маши?
– Не было у неё никаких детей.

Неожиданно. Братьев усыновили как раз незадолго до этого. Если предположить, что мама была беременна, то она должна была ходить с заметным животом какое-то время. И может ли женщина, усыновившая двух детей, ещё и после родов, быть настолько сильной и не замотанной бытом, чтобы романы на работе крутить?

Версию о беременности придётся развеять. Но и остальные временные спирали не собираются в понятный рисунок.
– А ты, девочка, чтой-то Машей интересуешься?
Неожиданно прорезавшийся деревенский говор звучит настолько нелепо, что я едва сдерживаюсь от улыбки.
Врать незачем, выложу всё, как есть:
– Мария – моя приёмная мать. Она погибла десять лет назад. Я ищу информацию о том, как и почему меня удочерили.
– Ишь ты, а что, своих детей у неё не было?
– Нет.
– А у меня двое. Дочка и сын. Взрослые уже, того гляди бабушкой сделают.

Чудно́. Лидия купается в торжестве победы. Она взяла верх над соперницей – и пережила её на целых десять лет, и потомство родила, плоть от плоти своей. Но чем воодушевлённее методистка болтает о детях, тем очевиднее, что всю жизнь она любила одного-единственного мужчину – Васеньку.

Разочарованная Лидочка не смирилась с его изменой, с его гибелью. И многолетнее уговаривание себя, что жизнь прекрасна и без него, превратило её в завистливую стерву, враждебную к красивым женщинам. Ничего не поделать, так живём.

На прощанье я получаю номер телефона бывшей начальницы мамы с ехидным комментарием: «Кажется, на похороны этой мумии ещё не звали».

Из клубочка показалась тонкая ниточка. Если потянуть, клубочек будет разматываться? Или сплетётся в узел?

Следующая страница: 10. Неудачный визит

Ни в одном из магических трактатов предыдущих пяти тысячелетий нет слова мюон? И с бозонами есть проблемы? Это особенные заклинания. Высшая магия. Для избранных.
«Талисман»