Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

24. Обыск

Кирилл ждёт задержавшуюся Риту, поэтому без особых размышлений распахвает входную дверь, едва тренькает звонок. Крепкий мужчина ловко оттесняет его в сторону, и в прихожую вваливается компания хмурых людей. Влад показывает журналисту пачку бумаг – это ордер на обыск, и вошедший последним Бирман сумрачно распоряжается перевернуть всё вверх дном.

В ступоре Кирилл не возражает, пока один из оперативников не смешивает листы с его рабочими заметками. Сложенные в определенном порядке заметки – банк идей, мыслей, цитат, которые журналист использует в своём творчестве. Налаженное производство неплохих текстов будет давать сбои из-за невозможности пополнения своих размышлений мыслями из интеллектуальных запасов человечества. Кирилл с воинственным кличем кидается к оперу, небрежно перебирающему листки, но Бирман перехватывает его на полдороге.

Уклонившись от неловкого замаха, капитан успокаивает разгоряченного журналиста:
– Кирилл, не надо нам мешать, мы постараемся сделать всё быстро и без разгрома. Я полагаю, что мы вряд ли что-то найдём. Но для порядка галочку поставим.
– Это незаконно!
Бирман чуть морщится – разумеется, всё законно.

Подталкиваемый капитаном, Кирилл уходит в кухню. Усадив хозяина квартиры за стол, капитан располагается напротив и сдержанно объясняет:
– Маргарита Рогальская подозревается в убийстве двух человек. По меньшей мере, двух. Тебе это нелегко принять, но у неё были мотивы и возможности.
– Неудачное стечение обстоятельств.
– Крайне маловероятное. Все косвенные улики указывают на Риту. Если она не убийца, то пособница.
– И какие же у неё мотивы?
– Обоих покойников ограбили.

Весенин упрямо качает головой:
– Её подставляют, а вы ошибаетесь с уликами.

Капитан бесстрастно лишает журналиста надежд:
– Мы нашли её отпечатки на старой шляпной коробке в гардеробе Одоевского. Отпечатки смазанные, но, несомненно, свежие. Коробка была сдвинута со своего места, остался характерный пыльный след. Полка, где хранились все эти коробки, довольно высока. Чтобы её достать, Рите потребовалось встать на стул. Мы нашли этот стул. Нет сомнений, Рита до или после убийства доставала коробку.
– И что же, по-вашему, было внутри?
– Информация.
– Зачем она Рите?
– Деньги. Или власть. Или и то, и другое.
– Даже если она и доставала коробку, это ещё не означает, что она убийца.
– Два одинаковых эпизода. По одному сценарию. Оба раза Рита была на месте преступления. Оба раза с места преступления она уносила нечто маленькое, но высокоценное. С обеими жертвами она была близко знакома в прошлом.

Кирилл отмахивается:
– Чтобы связать мужчину, требуются какие-никакие, а силёнки. Рита – не атлетка, она даже пакеты в магазине набирает, чтобы не больше трёх килограмм.

Бирман мысленно рисует галочку. Значит, он верно оценил степень откровенности ведьмы с приятелем – журналист почти ничего не знает о женщине, стремительно запрыгнувшей в его постель. Уличное прошлое, развал семьи, странные отношения с извращенцами, злые слухи о колдовстве – багаж не для милой феи.

Будет ли журналист защищать ведьму, если сообщить ему кое-какие подробности? Занятный был бы тест. Но просвещение Кирилла в планы капитана не входит, наоборот, интересно понять, что ещё сероглазая чертовка скрыла о себе.
Начать хотя бы с простого:
– Куда Рита ушла или уехала?
– Навестить какую-то родственницу.
– Когда вернётся?
– Когда наговорится.

Только бы пришла. Захочет говорить или нет, всем будет спокойнее, если она будет сидеть под замком и под охраной.
– Ты знаешь, где она живёт?
– У меня, здесь.
– Но у неё есть другая квартира. Где она жила до того, как переехала к тебе?
– Не знаю. Я не спрашивал. Наверное, Акела знает. Это её брат, он в Питере живет.
– Александр не знает. И никто не знает – ни ты, ни брат, ни папаша, ни подружки. Не находишь, что это странно?
– Может, и нет никакой другой квартиры?
– А к тебе она со всем барахлом из воздуха выпрыгнула?
– Да нет у неё особого барахла. Так, одежда по мелочи: джинсы, пара кофточек, бельё.
– Она не просила тебя спрятать что-нибудь на время?
– Нет.
– Сохранить какие-нибудь бумаги?
– Нет.

Ответы Кирилла звучат твёрдо, но Бирмана это не убеждает:
– Диски? Фотографии? Флешки? Деньги?
– Ничего.
– Ты давал ей деньги?
– Да. На продукты и вообще.
– Она купила ноутбук. Тоже твой подарок?

Кирилл понимает, к чему клонит Бирман, и раздражается:
– Нет. Она ничего у меня не просила. У неё есть свои деньги. Ей захотелось компьютер, и она его купила. Я даже ничего не знал. А если бы знал, посоветовал бы ей конфигурацию получше.
– Где её компьютер сейчас?
– На столе возле дивана.
– Нет. Она взяла его с собой.

Бирман усмехается недоумению журналиста и продолжает:
– Откуда у неё деньги?
– Она работала. Но недавно уволилась.
– Где работала? Как долго? Сколько получала? Почему уволилась?

Быстрые вопросы рождают у Кирилла чувство собственной неполноценности. Почему он, гордящийся своим репортёрским талантом, не поинтересовался у Риты столь обыденной вещью, как работа?
– Не знаю.
– Что? Совсем ничего не знаешь?
– У неё в телефоне записано двадцать номеров различных компаний. Вероятно, он мерчендайзер или менеджер нижнего звена. Она не расстроилась из-за увольнения, сказала, что немного отдохнет, а потом найдёт новую работу. Проблем с трудоустройством у неё нет.

Бирман резко сворачвает на другую тему:
– Ваши интимные отношения были обычными?

Кирилл против воли краснеет:
– Какое это имеет отношение…
– Если я спрашиваю – прямое. Ты не любитель упражнений с удержанием и болевыми приёмами?
– Нет, конечно.
– Но это ты недавно подбил ей глаз?

Невозмутимый капитан выдаёт себя – в вопросе проскальзывает неприязнь. Или это провокация?

Вздохнув, Кирилл качает головой:
– Рита к старшему брату ездила – о матери поговорить, но ничего не вышло, он её обхамил, а напоследок ещё и ударил.
– Константин?
– Он самый.

Разговор прерывает флегматичного вида оперативник. Он раскладывает на столе фотографии Риты, сделанные Дионисом. Капитан внимательно рассматривает их, задумчиво покачивая головой, словно в такт какой-то мелодии.

Кирилл как можно спокойнее интересуется:
– Вы заберёте Риту?
– Да. Но не волнуйся, её ждёт лучшая камера города.
– Это ошибка.
– Пиши свои статьи. А я знаю, что делаю.

В кухню вваливается Влад. Он эмоционально шепчет Бирману что-то на ухо, и оба быстро выходят.

Выждав, пока сердце перестанет изображать метроном в темпе аллегро виваче, журналист медленно встаёт и прячется в туалете. Бирман считает его идиотом? Ну и на здоровье, пусть тешится. Сцапать подозреваемую здесь и сейчас он не сможет.

Вытащив из кармана спортивных штанов телефон, Кирилл набирает номер Риты.

Следующая страница: 25. Песня года

Толстые волчьи морды с трех сторон от маленькой курочки клацали зубами. Есть ли шансы на свободу, если курочка как выпрыгнет и как вцепится в одну из морд? По всему выходило, что шансов нет.
«Ведьма в лесу»