Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

21. Подарок для банкира

Я привыкла к размеренной и спокойной жизни, калейдоскоп людей и событий явно сказался на состоянии моей нервной системы. Нет, мне ничего не снилось, не было ни кошмаров, ни видений. Но я проспала четырнадцать часов подряд.

Кирилл, не добудившись меня утром, оставляет записку с надеждой, что его фея обретет должную форму к вечеру. Но в записке нет рецепта, как это сделать.

Мою сумочку всё ещё «украшает» улика с места убийства. Как посмотреть то, что спрятал Дорик, я не знаю. Снова тащиться к Терабайку не хочется – кто-нибудь увидит улику и наверняка её запомнит. Энский разберётся с тем, что спрятано, но вопросы к улике у него тоже возникнут.

Поразмышляв, я отправляюсь в ближайший торговый центр – и выхожу оттуда с ноутбуком. Таких трат я себе давно не позволяла, однако это стоило того. Приятно после всех неприятностей ощутить себя королевой. Минут на двадцать и для трёх продавцов полупустого магазина. Но ведь королевой.

Вернувшись, я выкладываю ноутбук из сумки и какое-то время любуюсь своим приобретением.

Чёрный, красивый, пахнущий пластиком, с микрофоном и наушниками. С яркими буквами на тихо клацающих кнопочках. С тачпедом и штукой, которая распознает отпечатки пальцев. И, наконец, с удобной сумкой, внутри которой оказалось много всяких кармашков для мелочей.
О боги, да с этой красотой я просто другая женщина!

Пока я пробую, как работает то или это, подкрадывается вечер. Кирилл узурпирует мой ноут и берётся бестолково доводить систему до ума. В его понимании ума – давайте набьём диск всяким мусором вроде браузеров, менюшек, подсказок и летающих слонов. В целом, я не могу назвать себя грамотным пользователем, и даже до чайника мне ещё надо подрасти. Но затеи Кирилла меня раздражают. Зачем превращать комп в сборник ерунды?

Ещё и внутренний голос нашёптывает: «Это твоя вещь. Но не ты дуешь в микрофон. Не ты слушаешь песню в наушниках. Не ты записываешь рекорд в сапёре». Отправив внутреннее «я» на дальние выселки, я терпеливо жду своего часа. Компенсирую всё завтра, когда Кирилл уедет на работу.

Завтра превращается в сегодня, я ставлю ноут Кирилла рядом со своим и принимаюсь просвещаться. В одном компе ищу то, что хотела узнать, в другом делаю то, что советует мировой разум, то есть головы из интернета. Ликвидировав всё то, что успел натыркать в мой комп Кирилл, я изучаю, не ожидают ли меня сюрпризы, если я просто воткну флешку Дорика в разъём.

К девяти часам вечера я заполучаю стойкую головную боль и рябь в глазах. Вернувшийся в ночи Кирилл уже не помышляет об экспериментах над моим ноутбуком – и хорошо, а то быть бы скандалу.

Утром я проникаю в то, что скрывалось на флешке Дорика. Это оказывается набор всевозможных документов: счетов, схем организации производства, финансовой отчетности. Я понимаю, что всё взаимосвязано, но не понимаю, зачем Дорик собрал все эти файлы вместе. А вот денежные выкладки в условных единицах с большим количеством нулей прямо-таки намекают, что у убийства может быть прозаический финансовый мотив.

Изучив указанные в документах контакты, я нахожу человека, которого знаю.

Дорик редко работал где-либо дольше нескольких месяцев. Чаще всего грубияна выгоняли в два счёта, без разговоров. Но если кто-то хотел оказать партнёру медвежью услугу, то рекомендовал ему этого «кота в мешке». В какой-то цепочке рекомендаций не от добра оказался и Рафаэль Айратов.

Умница Раф не заслуживает, чтобы его облапошили при помощи убогого парня без представлений о морали. Но смогу ли я хотя бы подойти к Рафу?

Однажды весёлый мажор придумал для уличной воровки новую жизнь. Но с тех пор много воды и денег утекло. Теперь он стал могущественным банкиром, и кроме банка в его активах числятся стройки, заводы, пароходы. Хотя нет, пароходы – это прошлый век, сейчас в моде танкеры.

Договориться о встрече с миллионером оказывается куда проще, чем развести старушку на чашку чая. Всегда вежливая Самира сразу даёт мне приватный номер телефона, и Раф без колебаний приглашает меня приехать этим же вечером в его клуб.

Что приятно в мире больших денег, так это почтительное поведение тех, кто в другое время и не взглянет в твою сторону. Моя скромная курточка и самовязаная шапочка вызывают явный скепсис представительного мужчины, встретившего меня в холле клуба. Но едва я представляюсь, физиономия этого распорядителя принимает услужливо-вежливое выражение, с каким прислуга смотрит на английскую герцогиню.

Меня проводят в отдельную комнату – и кабинет, и приёмную, и зал ресторана – в зависимости от того, что пожелает владелец. Раф восседает за круглым столом, накрытым белой скатертью.

Банкир поправился и полысел, прямая линия губ стала жёсткой, привычная маска невозмутимости вросла в кожу. Раф доброжелательно улыбается мне, но это лишь ритуал, он всем так улыбается.
Надо вести себя естественно, я не за кредитом пришла.

Раф не знает, зачем я пришла, и его «естественное» равнодушие меня веселит. Я чуствую, что он умирает от любопытства.
Я протягиваю ему аксессуар Дорика, завёрнутый в обычную белую бумагу:
– Полагаю, тебе это пригодится.

Банкир стягивает бумагу, но не выдаёт своего изумления. Повертев в руках чёрную секс-игрушку так, словно это вполне обычная вещь, Раф улыбается:
– Хорошая штука. И шутка отличная.
– Это не шутка, увы. Покрути и поймёшь. Я думала переписать файлы на обычную флешку, но так у тебя не будет сомнений, откуда всё взялось. Да и зачем плодить сущности, это, так сказать, оригинал.

Перед Рафом материализуется поднос с ноутбуком, мышкой и удлинителем для порта. Будто невидимый джинн прочитал мысли хозяина и тотчас же выполнил все его пожелания. Наверное, ради такого люди и рвутся к деньгам и власти.

Широкие, привыкшие к физическому труду, но с отличным маникюром руки банкира полностью закрывают клавиатуру. Медленное клацанье клавиш сменяется ожесточённым стакатто. Посуровев, Раф короткими звонками вызывает к себе подчиненных. Время позднее, но никто не отказывается.

Проверив очередную папку, Раф застывает – наткнулся на что-то особенно важное. В чёрном взгляде проскакивают недоумение, гнев, обида. Банкира предали, из документов он понял, кто предатель, и это кто-то из близких помощников.

Откинувшись назад, на спинку мягкого кресла, Раф молчит, обуздывая эмоции. Потом глухо спрашивает:
– Чего ты хочешь?
– Ничего, Раф.
– Ты приносишь мне на блюдечке такое и ничего не хочешь?
– Я возвращаю тебе твое доброе дело.

К чести Рафа, он сразу принимает мой ответ, избавив себя от вопросов-подтверждений (я ничего особенного не сделал), а меня от уговоров (и я ничего особенного не делаю).

Вкратце посвятив его в ситуацию с убийством Дорика, я умалчиваю о том, что ей предшествовало. Участие Дорика расставляет всё по местам в мысленной картине Рафа о какой-то подставе.
– Если понадобится помощь, зови.
А покормить ведьму? Вдруг я голодная? Для чего скатерть постелил, если не для миски чёрной икры?

Помолчав, Раф словно нехотя, но с явным волнением спрашивает:
– Марго, а ты ещё занимаешься предсказаниями?
– Иногда.
– Ты помнишь, что обещала мне?
– Великую любовь. Как и всем.
– Тогда скажи, чего мне не хватает?

О, боги! Когда-то Раф смеялся над тем, как я морочу головы людям в его доме. Он помогал мне в мистических проделках, разыгрывая приятелей. Чем тебя так приложило, всесильный банкир, что ты просишь совета у бродяжки? Знаешь, как я умею мошенничать, и всё же хочешь быть обманутым?

Рецепт прост. Людям всегда мало того, что есть, всегда хочется чего-то большего. А когда всё большое можешь купить, хочется неземного, вечного, великого.

Я тону в уставшем взгляде банкира и тихо отвечаю:
– Ты позволяешь себя обманывать. И самому себе не признаешься в том, что это обман. А не хватает тебе любви. Чистой бескорыстной любви.
– Марго, ты забыла? Я женился по любви. Наплевал на всё и женился. Тебе надо познакомиться с Ликой. Она чудесная, она лучше всех в мире. Нет никого, кто мог бы с ней сравниться.

Было бы что сравнивать. Лика охотилась за богатым мужем – Лика поймала свою добычу. Сказка закончилась свадьбой, а уже потом до Лики дошло, что сказка вообще закончилась. Если Раф чувствует неладное, значит, чудесной Лике клетка жмёт.

Я ведь могу поиграть чужими судьбами?
– Раф, я помню тебя счастливым, когда рядом была девушка с зелёными глазами. Ты и Ромашка – это было что-то особенное. Она смотрела на тебя так, словно ты один на белом свете. Такую любовь нельзя забыть. Ты и не забыл. Ты скучаешь по ней, по тому времени.

Молодец, ведьма, угадала. В тёмных глазах банкира вспыхивает огонёк надежды. Где-то в иных сферах это откровение зачтётся мне со знаком плюс?

Раф морщится и отметает мои домыслы:
– Ты серьёзно? Да та история уже быльём поросла. Нас семьи свели, потом так же и развели. Всё из-за бизнеса.
А я так просто не сдамся:
– Ты спросил, я ответила. Дальше решай сам. Тебе нужны деньги? Ты купаться в них можешь, как та утка из мультика. Тебе важно мнение родителей? Время идёт, их желания изменились. Ты женился на любимой? Но доверяет ли она тебе в полной мере? Достоин ли ты чистой любви?
Мамочки, куда меня несёт? Тормози, Рита, тормози!!

Поздно. Голодная ведьма бесстрашна в нравоучениях:
– Ты бросил первую невесту в беде. Из-за денег. Эта ядовитая клякса из прошлого отравляет твоё настоящее. Тебе всего хватает, но у тебя есть лишний груз – на совести. Исправь то, что можно исправить, освободись от вины и сожалений – может, тогда и тебя предавать не будут…
Всё, заткнись уже!

Где-то под шкафом пробегает таракашка. Я слышу, как топают его лапки. Раф потрясённо молчит, челядь не смеет побеспокоить хозяина. Если у меня в животе заурчит, я сделаю вид, что это потустороннее явление.

Потерев лоб, банкир горестно и грубовато бросает:
– Чёрт, Марго…. Ты из космоса на нас свалилась?
– Может быть.

Вызванные сотрудники прибывают на экстренное совещание, почтительный распорядитель выводит меня из клуба через чёрный ход. Дело сделано.

На город наступает холодный фронт. На деревьях ещё болтаются жёлтые листья, в воздухе висит осенняя пелена тумана, в углах прячутся крысиные тени. Но первые заморозки уже рядом. Скорей бы зима, скорей бы снег. Каменные джунгли сменят грязное пальтишко на белую шубку – и мир будет чуточку светлее.

Добравшись до дома, я выслушиваю наставление Кирилла. Взрослые девочки носят телефон с собой, а не забывают его дома.

Потом меня настигает нотация Бирмана. Подозреваемая обязана по первому слову капитана являться для дачи показаний, а если она этим пренебрегает, то рискует оказаться за решёткой.

Совсем в ночи меня достаёт нудная и нелогичная проповедь отца. Сыщики повадились отлавливать писателя в самых неожиданных местах, чтобы изводить вопросами обо мне. Я должна немедленно прекратить это безобразие…

Следующая страница: 22. Бабочка на булавке

У меня отличные рецензии, статьи, восторги в прессе всего мира.
Но театры этой страны не могут взять к себе такую звезду, как я. Я - безработная звезда. Смешно.
«Талисман»