Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

64-С. Факты и выводы

Майор Лордкипанидзе входит в аскетичный генеральский кабинет чётким, почти строевым шагом.

Хозяин кабинета Георгий Владимирович – высокий седой старик с добродушным выражением лица – кажется встроенным в массивный стол, который помнит события нескольких десятилетий. Между собой подчинённые называют генерала сокращённо – ГэВэ, а в других структурах его упоминают как Деда Мороза – внешнее добродушие обманчиво, суровый генерал нисколько не склонен к сантиментам.

Гибкость, умение расположить к себе и весёлый нрав присущи второму генералу Особняка – Павлу Алексеевичу. Друга и соратника Деда Мороза все называют попросту Пал Лексичем, и именно на нём держится взаимодействие Особняка с другими силовыми и властными структурами. Полный, но подвижиный Пал Лексеич не любит кабинеты и столы, он расположился в кресле.

Лорд докладывает о прибытии, но ГэВэ никак не реагирует. Он задумчиво читает полученную сводку, мысленно составляя и разрушая связи между происшествиями, событиями, преступлениями. Пал Лексеич движением пальцев подсказывает Серго, что старший генерал в ярости.

Проходит восемь томительных минут. Майор, стоявший по стойке «смирно», расслабляет мышцы левой ноги, перенося нагрузку на правую. Внешне это не заметно, но Георгий Владимирович поднимает голову и холодно констатирует:
– Я разочарован.

Фраза повисает в мучительной для Лорда тишине. Серго слышит многократное эхо – результат всего лишь его воображения.

Проходит ещё минут пять. ГэВэ отрывается от бумаг и равнодушно спрашивает:
– У тебя есть новая версия по делу об убийстве Одоевского?

Несмотря на ровный голос начальника, Лорд сразу понимает, какое слово в вопросе было ключевым, и честно отвечает:
– Нет.
– Я вчера выслушал версию Сергея Бирмана. Мотивы, расклады по времени, действующие лица – всё сходится. Логичная версия, нужно прорабатывать. Что думаешь?

Ничего не думает. О чём речь? Отчёты Бирмана лежат на его столе, но капитан формально строчит бумаги по одному шаблону, Лорд успел привыкнуть к тому, что ничего интересного в них по определению нет. А раз так, то можно и не утруждаться их изучением. Бирман оставил его в дураках? И каким образом капитан попал в кабинет ГэВэ для личного доклада?

Вслух Лорд соглашается с генералом:
– Неплохая версия.
ГэВэ поднимает брови и жёстко припечатывает:
– Ты не знаешь.

Майор молчит. Вдруг его ознакомят с ключевыми моментами новой версии? Но генерал перечисляет прегрешения подчинённого:
– Ты утаил от Бирмана результаты наружного наблюдения за Одоевским. Он подозревал Рогальскую и потерял время.
– Это была наша внутренняя информация.
– Внутри чего?
А то генерал не понимает. Плохо, что кто-то из своих нарушил приказ Лорда: о Рогальской ни слова.

ГэВэ задаёт очередной разгромный вопрос:
– Сколько трупов в деле?
Лорд физически ощущает, как проваливается в черную дыру неизвестности. Кого-то убили, пока он обхаживал ведьму?
– Три.
– Глаза протри.
Грубый ответ выдаёт гнев ГэВэ. Лорд мысленно ругается – из кабинета майор может выйти участковым в селе за Уралом.

Генерал переходит к моральному битью подчиненного:
– Вот факт: районные ребята – втроём! – делали свою работу. Бегали по городу, изучали улики, разговаривали с людьми, рыли архивы, копались в старых делах, сопоставляли факты. Нашли ещё одного потерпевшего. Определили первую серию из четырёх жертв. Указали ещё трёх возможных жертв. Установили круг подозреваемых. Придумали план поимки убийцы. Отработали всё, что можно и нельзя!

Осознав, что именно он прозевал, Лорд зажмуривается. Участковые очень неплохо живут, если разобраться.

ГэВэ вперивает тяжёлый взгляд в надежду особого отдела:
– Второй факт: мои сотрудники ничего не нашли и ничего не придумали. По указке своего начальника они следили непонятно за кем и делали неизвестно что. А сам начальник – мой ученик, которого я лично продвигал и поддерживал – на глазах подчинённых вломился в дом к престарелой женщине и начал стаскивать с неё одежду.
Лорд вставляет «но я… это…», генерал продолжает тираду:
– Мне позвонил Тролев и сказал, что его люди сняли тебя с полуголой старушки. Никогда, ни разу в жизни я не чувствовал себя таким дураком. Ты опозорил не только себя, ты превратил весь Особняк в цирк-шапито.

Майор быстро вставляет:
– Это недоразумение. И откуда мне было знать, что эта баба спецназ вызовет?
– Ты должен был знать. Пролистал бы личное дело, задумался, кого гнобишь. А на месте бабы я бы тебе психушку вызвал… Какой же стыд!
– Бирман меня подставил.
– Он работал. И собрал сложнейшее дело.
Наподдать бы этому любимчику фортуны.

ГэВэ отвлекает майора от этой назойливой мысли:
– Чем ты занимался?
– Допрашивал Рогальскую.
– Для этого надо было волочить её в Особняк? На руках? И читать ей занимательные лекции?
Крыть нечем, и Лорд отмалчивается.

ГэВэ переходит к следующему пункту разноса:
– Как о Рогальской прознал старый Финка?
– Кто?
– Семён Финкельштейн. С какой стати этот мерзкий крючкотвор не поленился притащить свою бороду сюда?
– Он на Айратова работает. Думаю, с этим и связано.
– Ты думаешь?! Нет, ты, правда, умеешь это делать?

ГэВэ умолкает, наступает душная тишина. Пал Лексеич вынимает своё объёмное тело из кресла и перемещается к окну. Движение снижает напряженность.

Ровным, идеально спокойным голосом ГэВэ резюмирует:
– Вывод: пока ты сказки про богов девушкам рассказывал, другие сыщики сложили по крупинкам большое дело.
Лорд расслабляется. Это всё уже понятно. Накажут-то как? Куда-то сошлют?

Генерал сдержанно распоряжается:
– По уму и награда. Ты работаешь на Бирмана. И про погоны забудь, в его подчинении ты рядовой. Отправит сортир мыть – пойдёшь и помоешь. А если Бирман хоть одно нарекание сделает, в Дальнолесинск поедешь…

В соседнем здании работает перфоратор, через квартал трамвай тяжёло перебирается через хитросплетение стрелок, две вороны, облюбовав тополь во дворе, обсуждают обеденное меню.

Генерал углубляется в изучение листка с цифрами, потом поднимает голову и безразлично бросает:
– Что стоишь? ОВД «Хрипаново» ждёт.

Выйдя в коридор, Серго потягивается и боксирует воздух. Всё не так уж плохо. И вместе с тем – хуже некуда.

Пал Лексеич вываливается следом и утешает:
– Высоко летать – больно падать. Ссылка недалёкая.
Лорд пожимает плечами, готовясь к новой порции разносов.

Пал Лексеич тревожится о другом:
– Я поговорил с твоей ведьмой. Да-да, и не смотри на меня так. Я не ем на завтрак хорошеньких девушек.
– Не такая уж она и хорошенькая.
– Как скажешь. Но это она навела Бирмана на версию со старыми убийствами. Почему ты не расспросил её?
– Мы о другом говорили. Не о деле.

Сложив руки на животе, генерал проникновенно советует:
– Я понимаю, почему тебя на ней заклинило. И я не буду убеждать тебя держаться подальше. Закрути с ней роман, познай её во всех смыслах, но, мальчик мой, переболей этой напастью раз и навсегда, да побыстрее.
– Я заинтригован. О чём это ты?
– Со временем ты захочешь подчинить её. Если тебе это удастся, ты будешь разочарован. Если нет – тебе приспичит стереть её в порошок. Оба варианта сулят проблемы. Поэтому и говорю – переболей и брось.
– Мне придётся делать сальто по приказам Бирмана. Ты пытаешься отвлечь меня от этой гнусности? Спасибо за попытку. Но я в порядке. А Маргарита интересует меня как объект исследований. И только.

Вслед воспитаннику Пал Лексеич грустно вздыхает. Молодые – такие глупые…

Вернувшись в кабинет, Пал Лексеич деликатно вбрасывает:
– Не перегнём палку? У Бирмана репутация та ещё. Одно его вторжение чего стоит. И с делами такого уровня он не работал.
– Надо его к нам забрать. Нечего ему в районе делать. Слишком хорош, чтобы поножовщину разгребать. Да и против Серго не каждый попереть может.
– Ты же не Бирмана забрал, ты Серго к нему отправил.
– Лексеич, ну ты же сам всё видишь. Привык пацан, что ты за ним ходишь и все его огрехи замазываешь. Пусть на жизнь посмотрит, поучится уму-разуму.
– Оплошал пацан, согласен. Ну и ты пойми тоже. Любовь у мальчишки, а ты его в ссылку.
– Любовь – это в бульварном романе дамам порыдать. А если заело – завалил на лавку, и всех страданий на пять минут.

Пал Лексеич тяжело вздыхает. Переубедить ГэВэ невозможно, как и решить проблему Серго лавками. Но вслух он ограничивается просьбой:
– Может, ты и прав. Но давай вернём его.
– Дело раскроет – вернём.
Пал Лексеич кивает и переходит к другим вопросам.

Следующая страница: 65. Земляные работы

Вот представь, подхожу я этак к Клоуну и спрашиваю: какого рожна твои люди пытаются покопаться в наших военных секретах? А он мне честно-честно так: а нам интересно.
«Талисман»