Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

Глава 14.

Не везёт мне и у Диониса. Фотограф лежит в другой больнице – и проще и приличнее. Я торчу в его палате полчаса, но ничего не случается. Мои внутренние голоса молчат.

В отличие от раздражённого мужчины, который окликает меня, едва я сбегаю с крыльца служебного входа.
– Ведьма!

Надо же ухитрится: в одной больнице попасться Ариадне, в другой – Лорду. Это наказание какое-то? Я зациклилась на своих выдумках и отключилась из внешнего мира, а там кругом тигры, подстерегающие маленького кролика – того гляди слопают пушистую бедняжку.

Лорд в три широких шага перегораживает мне дорогу и гневно восклицает:
– Ты что, оглохла? Я к тебе обращаюсь!

Нашёлся, тоже мне, монарх. Наверное, с такой же интонацией Людовик-Солнце обращался к фрейлинам, которых заподозрил в неучтивости. Но мы не в восемнадцатом веке, и вокруг совсем не Франция, поэтому я вкладываю в ответ максимум легкомысленного пренебрежения:
– Мы знакомы?

Перебор, Рита, перебор. Этак бедного сыщика удар хватит. Нельзя над мужчиной так откровенно смеяться. Особенно над тем, кто воображает себя властителем.

Лорд быстро берёт себя в руки:
– Что ж, раз ты предпочитаешь такой стиль… Познакомимся. Меня зовут Серго́ Лордкипанидзе, я начальник отдела в особом подразделении уголовного розыска. И я могу прямо сейчас отправить тебя за решётку – по подозрению в убийстве.
– Валяй.
– Что ты делала у фотографа?
– Навещала старого друга.
– Он без сознания.
– Знаю. Но иногда люди в коме могут слышать, что с ними разговаривают, да и заботу чувствуют.
– На тебе два белых халата. Куда торопилась?
И правда – я напялила один поверх другого. То-то медсёстры так странно на меня посматривали.

Я хихикаю, но Лорд не только не улыбается, но и мрачнеет:
– Почему ты считаешь себя ведьмой?
– Я не считаю. Просто прозвище дурацкое прилипло.
– И ты никогда не ощущала ничего необычного?
– Что ты имеешь в виду?
– Умение управлять другими людьми. Предвидения. Знания, которые появляются сами по себе. Изменение судьбы.

Холод пробегает по спине, мурашки начинают парад и выкладывают фигуру «Опасность». Нельзя поддаваться:
– Манипулирование, навыки аналитического мышления, хорошая память, принятие небанальных решений… Нет, это не про меня.
– И как же ты оказалась втянута в дело с убийством?
– Я бы и сама хотела это знать.

Обойдя собеседника, я направляюсь по дорожке к больничным воротам, заставляя Лорда пойти рядом. Но он и на ходу продолжает забрасывать меня вопросами:
– У тебя никогда не было чувства, что ты отличаешься от других людей?
– Такое чувство свойственно любому и каждому, особенно в возрасте пятнадцати лет. Разве нет?
– А вдруг ты относишься к немногим избранным с особыми способностями?
– И что? Предложишь съесть синюю или красную таблетку?
– Не слишком умно отвечать вопросом на вопрос.
– А я на ум и не претендую. Я, знаешь ли, простая девушка. Школьный аттестат вымучила – уже хорошо.

Лорд снова загораживает мне дорогу:
– Я понимаю твоё нежелание признаваться. Но простую девушку ведьмой не назовут. Будь у неё хоть десять классов, хоть десять дипломов. И мы с тобой неслучайно встретились. Ты ведьма, а я – охотник за ведьмами.

Мой внутренний голос оживает и фальшиво поёт «Во-о-от! Но-о-вый поворо-о-от!..» Загнав гадкого музыканта обратно в подсознание, я пытаюсьь вникнуть в объяснения Лорда.
– Я охотник в хорошем смысле. Изучаю разные необычные способности – быстрые реакции, неожиданные связи мозга, инстинкты, шестые и прочие чувства. И меня интересуют те, кого называют ведьмами и колдунами.

Не удержавшись, я скептически парирую:
– Эзотерика – это не ко мне. Это к моему отцу. У него и книга нужная есть: «Индивидуальная настройка космических струн». Там колдунам отдельная глава посвящена.
– Я уже пообщался с твоим отцом. Он много непонятного о тебе рассказывает.

Надо срочно перевести разговор в другое русло:
– Каким образом всё это связано с убийством Одоевского?
– Я заинтересовался Одоевским, потому что ему слишком часто везло. Он выходил сухим из воды, выигрывал, спасался чудом – до того дня, как назначил встречу с тобой.
– Значит, на хэллоуин надену чёрный плащик, возьму наточенную косу в руки и буду ходить по домам выпрашивать конфетки. Как думаешь, много инфарктов будет?

В чёрном взгляде сверкает злой огонёк:
– Одоевский считал тебя своим талисманом удачи. Даже по-пьяни болтал, что пока ведьма с ним, ему сам чёрт не страшен.
Ой, мамочки… Ой, не могу…
И как теперь перестать ржать?

Чуточку отдышавшись, я проясняю, где сыщики заблудились:
– Серго, вы не туда копнули. У Одоевского была картина с названием «Жёлтая ведьма». Написал её один известный художник – в качестве то ли благодарности, то ли оплаты услуг Павла Васильевича. И случилось это ещё до моего рождения.
– Ты видела картину?
– Там изображена девушка, сидящая в уличном кафе. Вокруг всё серое, и люди кажутся размытыми пятнами грязи. А жёлтый плащ девушки – как солнечный блин в беспросветности. Девушка читает книгу и склонила голову, поэтому её лица не видно, его заслоняют локоны светлых волос. Ведьма она, потому что лежащая перед ней книга – толстый древний фолиант. На открытой странице изображена не то формула, не то пентаграмма. Так что ко мне предрассудки Одоевского не имеют никакого отношения.

Лорд вынимает руки из карманов и делает короткое движение, будто пытается удержать сам себя от какой-нибудь агрессивной выходки против меня. Забавно видеть его таким растерянным.

Помедлив, я добавляю:
– Одоевский только со злости обзывал меня ведьмой. И вряд ли я была первой или последней, кого он так ругал. Картина значила для него больше, чем любая женщина. Иногда он любовался картиной часами, а потом снимал и задвигал полотно за шкафы, чтобы не видеть. Через какое-то время доставал, менял раму, вешал на новое место.

На несколько секунд лицо Лорда светлеет – так малыши радуются собраному паззлу. Но затем начальник важного отдела одевает маску величия и одаряет меня очередным мрачным взглядом:
– Мы перевернули вверх дном весь особняк Одоевского, там точно не было такой картины.
– Значит, Павел Васильевич потерял свой талисман удачи.

Лорд царственно взмахивает рукой и с торжественной ноткой приглашает:
– Поехали. Вон тот серебристый «мерс» – мой.

Никто не собирается снимать новую «Клеопатру»? Или сериал про становление Римской империи? У меня на примете есть отличный Цезарь – заменить костюм на тогу, и самый строгий критик не придерется к целостности образа.

Бочком, приставным шагом, бочком – обойти монументальную фигуру Серго не так-то просто. И этот властелин одним шагом превращает мои усилия в медленный танец. Интересно, он умеет танцевать?

Мы оказываемся за больничными воротами, и я отказываюсь от изучения, что за охотника неслучайно послала мне судьба:
– Спасибо, я на метро. Пока!
– До встречи, ведьма.

Спокойная уверенность властного голоса поселяет во мне острое чувство тревоги. Богини судьбы в своем макраме не запутались? Точно?

Следующая страница: 15. Старший брат

Ты была великолепна. И произвела на всех неизгладимое впечатление. Беспросветной творческой дуры. Ты старалась быть собой и ничего не изображать? Это было гениально, Волшебница.
«Талисман»