Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

Глава 17. Любовный омут

Изучив симптомы в интернете, я прихожу к выводу, что сотрясения у меня нет. Да и челюсть осталась на своём месте. Травматологи меня не ждут, и это очень хорошо.

Отдохнув денёк-другой-третий, а потом ещё денёк, я продолжаю поиски входа в подземелье со скелетами.

Мумия, о которой толковала мне Лидия Борисовна, оказывается бодрой бабушкой восьмидесяти с чем-то лет, поборницей права пожилых на полноценную жизнь. Бабушка направляет меня к другой старушке, которая, в свою очередь, сводит меня со своей подругой, от которой я узнаю о третьей подруге, которая когда-то работала где-то в недрах народного образования.

Проделав все эти путешествия по «домам, где живут подруги и бабушки», я попадаю в приёмную Софьи Руденко. И не успеваю я договорить имя матери, как исповедь Софочки льётся рекой.

Софочка не думала о романтике. Перед опытным педагогом открывались заманчивые карьерные перспективы, не оставлявшие времени на личную жизнь. Да и после крушения двух семейных лодок Софочка не собиралась снова рисковать. Но тут в её жизнь ворвался Мурад.

Поначалу интерес со стороны жгучего брюнета показался ей странным, тем более, что чужеземец был моложе Софочки на пятнадцать лет. Но устоять оказалось решительно невозможно, и вскоре парочка зажила вместе, в уютной трёхкомнатной квартире, доставшейся Софочке от второго мужа. Дети оканчивали школу и в материнской опеке не нуждались, учительская лямка и работа на благо всеобщего образования приелись. Пришло время пожить в свое удовольствие. И всё складывалось волшебно: Мурад был обаятелен, внимателен и часто говорил Софочке о любви.

Незадолго до очередного Нового года, в комитет образования пришла работать Маша Рогальская. Уверенная в себе, но не амбициозная Маша быстро завоевала доверие начальницы. Женщины сблизились и даже начали общаться вне работы.

На праздник новая методистка пригласила весь женский коллектив к себе в гости. Софочка обнаружила, что у Маши очень интересный муж, гладко говорящий о разных умных вещах. При этом Женя не заумничал, не сыпал мудрёными терминами, а возносил собеседниц на интеллектуальную высоту, где каждая могла его понять. Ещё больше очков умник получил, когда все подкаты коллектива разбились о его твёрдую приверженность семье и Маше.

Увы, моральные бастионы самой Маши оказались не столь крепки. Софочка заподозрила, что у подруги есть свои тайны, уже в конце зимы. Ближе к вечеру Маша отвечала на телефонные звонки, рассказывая о своих планах на вечер. А на вопросы о том, кто звонит, неловко отшучивалась. Отпросившись пораньше, Маша уходила в неизвестность, и Софья специально звонила Жене, чтобы удостовериться – подруга гуляет от мужа.

Попытка разговора по душам провалилась. Маша всё отрицала и даже сгоряча обвинила начальницу в том, что та суёт нос не в своё дело. Софочка обиделась, и какое-то время женщины разговаривали только в официальном ключе. Но потом Маша, не выдержав, призналась, что за ней ухаживает другой мужчина. Она пока ещё не сдалась, но близка к измене. И муж, и другой без ума от неё, а она никак не может выбрать, с кем быть. Женечка идеальный муж, но он мямля, подкаблучник, а тот, другой, решителен, брутален и жаждет её ответной страсти.

Софочка не сомневалась: муж, и только он составит счастье Маши, а с потенциальным любовником надо порвать, как можно быстрее. Нельзя обманывать идеального Женю, нельзя ставить под удар крепкий и счастливый брак. И Софочка поможет младшей подруге всем сердцем, всей душой…

Выслушивая излияния Софочки, я испытываю смешанные чувства. Столько страстей – и ни слова о малышах. Ладно, заслуженная училка забросила своих школьников, но у Маши-то были маленькие дети. Да, Женя не был их отцом, а другой мужчина согласился бы и на выводок динозавров, лишь бы заполучить возлюбленную. Но почему Софочка не упомянула детей вовсе?
– У Маши и Жени были дети?
– Да, мальчик лет шести, только он подолгу жил у бабушки. Маша считала, что ему лучше расти в деревне, на воздухе. Она не слишком о нём волновалась.
– Всего один ребёнок?
– Да, точно один.

А где же тогда был Саша? Если его усыновили вместе с Костей, то почему о нём никто не знал? И кто такая эта деревенская бабушка? Все бабушки-дедушки по маме и отцу умерли ещё до нашего рождения. Так откуда взялась ещё бабушка? И где находится эта загадочная деревня, куда сплавляли маленького Костю?
Тем временем Софочка приближается к развязке драмы.

За напряженной весной и спокойным летом пришёл День учителя. Именно тогда всё и случилось.
Праздник удался на славу. Хотя в стране царил очередной бардак, женщинам удалось собрать очень приличный стол. Мурад раздобыл и вина, и коньяка, так что все веселились на полную катушку.

Маша и Мурад пересекались и раньше. Но только в тот день Софочка вдруг почувствовала укол ревности, глядя, как её подруга кладет руку на плечо её мужчины. И Мурад, танцуя с Машей, вёл себя как-то слишком раскованно.

Женщины затеяли небольшое представление, после которого Софочка обнаружила, что ни Мурада, ни Маши нет в зале. Она застала их на запасной лестнице, на подоконнике окна. Мурад энергично обнимал разгорячённую Машу, забыв про все обеты любви и нежности. И Маша постанывала в такт его движениям, полуприкрыв глаза в сладкой истоме.

Софочка закричала, но парочка остановилась только после того, как синхронно сотряслась в финальной конвульсии…

Мда. Воспитанная в ханжеском сокрытии интимных сторон жизни, Софочка никогда не видела сексуального акта со стороны, вероятно, неприличное зрелище в неожиданном месте вызвало у неё простой чувственный отклик. Но она не могла разобраться в своих реакциях.

Любовников с подоконника это, понятно, не оправдывает.
– Вы расстались с Мурадом?
– Да.

Из глаз Софьи текут обильные слезы, и она всхлипывает совсем по-детски – словно маленькая девочка, уронившая мишку на пол.
– Я устроила жуткий скандал. Кричала, что не люблю его, что он может убираться на все четыре стороны. Он плакал, умолял простить, даже на коленях стоял. Говорил, что выпил лишнего, что на него затмение нашло. Но я была непреклонна, выгнала его. А он ушёл и не вернулся. Пропал.
– Как это пропал?
– Последний раз его видели на Крымском мосту. В милиции сказали, что он, скорее всего, покончил с собой, бросившись в реку. А тело могло унести, и вряд ли его когда-нибудь найдут.
– Он оставил записку?
– Нет. Но он сложил все свои вещи, как если бы собирался уехать. И сверху положил книгу – стихи Цветаевой. Это я её ему подарила.
– А что Маша?
– Уволилась. А напоследок ещё и поглумилась. Сказала, что любой мужик ради её юбки на всё пойдет. И никакая пошлая обывательница не сможет его удержать.
– А её муж?
– Не знаю. Я его больше не видела.
– Вы не припомните, куда именно она перевелась?
– Кажется, в министерство, но я не уверена.

Софья не спросила меня, кто я такая и почему интересуюсь адюльтерами двадцатилетней давности. Может, и к лучшему.

Я уверена, что она сделала роковую ошибку. Мурад не был тем любовником, о котором ей рассказывала Маша. Постоянные любовники устраивают спокойные свидания наедине, подальше от чужих глаз. Любовь на подоконнике была спонтанной выходкой, страстью двух заскучавших людей. Мурад заплатил высокую цену за темперамент и выпивку, а мама не стала ничего объяснять.

Вот явилась бы она мне сейчас и объяснила, как разложить этот пасьянс из мужчин и страстей.

Есть надёжный муж, которого все считают идеальным. Есть очарованный любовник или, возможно, лишь претендент на эту роль. Красивая женщина мечется между мужчинами, выбирая то стену, за которой жить, то страсть, без которой не жить. Куда в этом раскладе пристроить ещё и Мурада? Может, мама пыталась сбежать от обоих надоевших воздыхателей? Или хотела откусить ещё один запретный плод?

Ясно одно. Образ прекрасной мамы, нежно хранимый в моем сердце, пугающе не совпадает с тем, какой Машу видели другие люди. Продолжая ворошить грязное бельё, я рискую разрушить то последнее, что ещё осталось от светлого детства.

Знать или не знать? Я хочу всё выяснить. Но что я буду делать потом? Плакать и заламывать руки? Будет поздно.

Следующая страница: 18. Милый дом

- Ритка, а ты, правда, умеешь предсказывать будущее?
Умею. Ага. И в шары хрустальные смотреть – там так прикольно свет преломляется. И в кофейной гуще могу увидеть гиппопотама.
«Ведьма в лесу»