Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

Глава 56. Алиса в стране абсурда

Утром я снова остаюсь без присмотра. Мрачное наваждение вечера рассеивается, сидя на кухне и потягивая восхитительно вкусный чай, я представляю себя московской барыней, которой нечего делать. Осенний дождь размазывает краски мира в одну серую кляксу, и мысли текут лениво, медленно…

Мой взгляд притягивается за окно – и как раз в этот момент в дальнем конце двора показывается знакомая серебристая морда «мерседеса». Я могла бы читать книжку или валяться на диване, но нет, я загляделась на стойки ворот именно тогда, когда между ними проехала машина Лорда. Я не сплю? Это тот самый «мерседес»? Может ли такое быть?

Может, Рита, может. За «мерседесом» во двор въезжает и почти сразу останавливается внедорожник, из которого высыпаются крепкие ребята в штатском. Что за невезуха? Неужели Бирмана кто-то сдал? Или Лорд вычислил чересчур уж активную деятельность вокруг квартиры капитана?

Телефон Бирмана не отвечает. Под зеркалом в прихожей прямо к обоям приколот листок с цифрами и пометкой «Для экстренных случаев. Алиса». Подсказка для врачей бабушки – и для меня. Посомневавшись, я набираю номер. Отвечает женский голос среднего тембра – приятный, ласковый:
– На проводе.
Прикольно. Провода-то у неё давно нет.
– Алиса, здравствуйте, меня зовут Рита, я знакомая Сергея Бирмана.
– Я знаю, кто ты.
Выделенное голосом «кто» ставит на мне знак прочтения. Бирман, очевидно, предупредил её обо мне.
– А-а, хорошо. Я в квартире бабушки.
– Я знаю, где ты.

Алиса не требует объяснений – лёгким изменением интонации подталкивает к сути. Как бы это покороче растолковать?
– Во дворе коллега Сергея, кажется, он собирается вломиться сюда. Убежать прямо сейчас у меня не получится, но и надёжно спрятаться я не смогу. Вы можете найти Сергея? Он что-нибудь придумает, чтобы я смогла незаметно выбраться.
Алиса с явной радостью почти поёт в трубку:
– Не волнуйся. Я недалеко, сама приеду. Люблю цирк.
В трубке пикают короткие гудки.

Схватив на кухне большой пакет из супермаркета, я бросаюсь в комнату. Одним движением смахнув в пакет все бумаги, фотки, схемы, я засовываю получившийся свёрток в платяной шкаф, под старые юбки, волочащиеся по нижней полке.
Прасковья Сергеевна спит. Это и к лучшему.

Ещё минутка есть? Не люблю неряшество, но ставки высоки – на полу перед кроватью бабушки остаётся свёрточек памперса для взрослых. Чайная заварка придаёт памперсу нужный цвет – любой нормальный человек отведёт глаза и непроизвольно поморщится.

Нырнув под кровать, я отодвигаю широкую плетёную корзину чуть в сторону. Просочившись за неё в самый дальний угол подкроватного пространства, я втаскиваю плетёнку обратно, оставив себе минимально возможный уголок пола. Придётся лежать на животе, прижавшись одним ухом к полу.

Две-три тревожные минуты – и я слышу, как что-то скребётся в замке входной двери. Дом наполняется топотом нескольких пар ног в грубых ботинках.
– Маргарита, сдавайся! Тебе некуда бежать!

Лорд пропускате вперёд своих бойцов, а уже потом начинает личный осмотр территории. Но беглый осмотр ничего не даёт.
– Маргарита! Где ты? Выходи, ведьма! Я тебя достану!
Войдя в комнату бабушки, детектив закашливается:
– Фу... Эй, кто-нибудь, уберите эту вонючку отсюда.

Запаха чайная заварка не даёт, но теперь никто из незваных гостей не сомневается в его наличии. Судя по воцарившейся тишине, среди людей в комнате нет человека «кто-нибудь». Свёрточек с коричнево-жёлтыми разводами остаётся лежать на своём месте. Фыркнув, Лорд начинает поиски заново.
Лабиринт мебели не сдаётся. Ведьма не находится.

Искатели возвращаются в бабушкину комнату. Лорд издаёт радостное восклицание и, насколько я могу судить, усаживается на кровать бабушки. Прасковья Сергеевна просыпается, охает и дребезжащим голосом возмущается:
– Ирод, поспать не дал. Пошто припёрся, старый хрен? Лежи уже, не ворочайся, по белу свету зазря не шастай. Скоро прибуду к тебе, на постоянное место жительства. А пока отвали, змей проклятый!

Супруг Паши покинул белый свет четыре десятилетия назад. Интересный, наверное, был змей – один-единственный на всю долгую жизнь бабушки.

Лорд хихикает:
– Маргарита! Опять твои игры? Думаешь, можно на одном трюке выезжать? Загримировалась ты здорово, но обдурить меня у тебя не получится. Ну-ка, снимай шмотье!
Надо мной началась какая-то возня.
Ну и фантазия у Лорда… Надо же додуматься! Мне бы и в голову ничего похожего не пришло. А ведь идея крутая, почти по сценарию Красной Шапочки, только вместо волка – маленькая ведьма Рита…

– Что здесь происходит?
Теперь я узнаю этот голос в любых обстоятельствах. Мягкие нотки заострились и стали наждачными – даже не видя Алисы, любой понял бы, что она балансирует на грани гневной истерики.
– Не волнуйтесь, мы из особого отдела. По нашим данным, здесь прячется преступница, обвиняемая в убийстве нескольких человек. Она замаскировалась под старуху.

Властный голос не успокаивает, а констатирует факты. И хочется поверить, согласиться. Но наждак в голосе Алисы трансформируется в кактус с острыми ядовитыми иголками:
– Что за чушь! Это моя бабушка! Прасковья Сергеевна Бирман. Ей недавно исполнилось девяносто два года. Ни о каких обвинениях и речи быть не может. Постыдились бы престарелого и больного ветерана войны обвинять! Лучше бы настоящих преступников искали! Немедленно отойдите от бабушки!

Я не вижу, что делается прямо надо мной. Зато глохну от пронзительного визга Алисы. Как она это делает? Надо взять у неё мастер-класс по технике извлечения настолько невыносимого и режущего уши звука. Пригодится в жизни.

Короткая тишина – и «динь-дилинь» телефона звучит колокольным набатом. Это меня визгом контузило.
– Степан, милый мой, выручай. Я попала в страну абсурда!

Я не знаю, как выглядит Алиса, и не могу её мысленно себе представить. Но её эмоции настолько чётко передаются голосом, что хочется зааплодировать. Страх, негодование, беспомощность плюс вера в силы собеседника – Алиса явно знает, как заставить мужчину заволноваться.
– Я у бабушки. Здесь полно чужих людей. Они говорят, что какие особые. Но один из них залез к бабушке в постель!
Сильно сказано. И со смешным подтекстом. Лорд понял, в насколько двусмысленную ситуацию себя загнал?

Алиса трагически всхлипывает. Надо мной что-то шуршит, и Прасковья Сергеевна бодро вносит свою лепту в абсурд:
– Ой-ой! Это же молодой перчик. Хорошенький какой… Иди ко мне, милок, иди к тётушке. Расскажи свои напасти, а я уж пожалею, приголублю…

Я впечатываю лицо в паркетины. Только бы не засмеяться, не захрюкать. Сквозь призывы бабушки прорезаются отчаянные вопли Алисы:
– Какой ужас… Я не могу поверить… Он пытался её раздеть! Боже мой, Степанушка, помоги! Спаси нас! Я в шоке!
Всхлипы усиливаются. И разом заканчиваются – Алиса бархатно и вежливо обращается к Лорду:
– Мальчик, возьмите трубку, с вами хотят поговорить.

Бедный Лорд, как она его щёлкнула. Перенесёт ли самолюбие мистера Власть такое обращение?
Не знаю, кто и что говорит Лорду по телефону, но в конце разговора «мальчик» по-военному чеканит:
– Есть! Слушаюсь!

На кровати возникает какое-то шевеление. Алиса издаёт ехиидный смешок:
– Пашенька, отпусти его. Он больше не будет.
– Ну нет, милая. Ты иди, куда шла, по своим делам. А мне не мешай. Мы с хлопчиком сами разберёмся.
Бабушка явно наслаждается ситуацией. В череде однообразных дней – и вдруг такой праздник.
– Прасковья Сергеевна, прошу прощения. Я обознался.

Ого! Оказывается, Лорд умеет не только приказывать, но и просить. Хотела бы я хоть одним глазком взглянуть, что происходит.

Лорд встаёт с кровати бабушки, но не уходит. И его подчинённые остаются на своих местах. Минута, максимум две – и кто-нибудь догадается заглянуть под кровать. Все мои силы уходят на то, чтобы дышать максимально тихо.

Раздаётся дробный стук – в квартиру врывается ещё один отряд.
– В коридор! По одному!

Сестра Бирмана счастлива с военным. Значит, Алиса – та самая сестра, а явление спецназа – помощь полководца Степана. Ну и суматоха… Бирман свернёт мне шею, как и обещал.
– Руки за голову, ноги на ширине плеч!
Дышать – это лишнее. Лучше дополнительно затаиться.
– Ребята, всё в порядке, мы из …
– Молчать!

Разборки занимают не меньше получаса. У меня затекает шея, по спине расползается боль, и все мысли сворачивают к случаям гибели спелеологов, застрявших в узких расщелинах.

Лорд объясняет что-то про ведьму, командир спецназа издевательски хихикает, Алиса гнёт своё: «Он домогался моей бабушки! Прямо у меня на глазах!» Бабушка лукаво бормочет: «Невиноватая я, он сам пришел».

Я тоже люблю цирк. Ещё бы его не только послушать, но и посмотреть. О боги, как же всё болит…

Всё стихает. Остаётся только мелодичный голос Алисы:
– Рита! Рита, где ты? Вылезай, уже можно.
Я не могу. Я превратилась в бревно и останусь там, где застряла.

Увидев мою ногу, Алиса тянет за неё и помогает мне выбраться. Постояв на четвереньках, я кое-как перебираюсь на стул. Попытка сделать несколько упражнений приводит к одновременной боли в голове и плече, поэтому я восхищенно разглядываю Алису, повернувшись немного вбок.

Мы примерно одного роста и, наверное, одного возраста. Но за счёт гордой посадки головы на лебединой шее Алиса кажется выше, и в каждой детали её образа считывается: женщина обеспеченная и любящая себя.

Тонкий макияж незаметен, волосы уложены в сложную причёску, сумочка подобрана по цвету к идеально сидящему костюму. Мягкие линии кистей рук и длинных пальцев подчёркиваются идеальным маникюром – никаких наростов из акрила и лаков, ногти чуть поблёскивают, сохраняя здоровый розовый цвет.

Королевишна не откладывает на потом дела, касающиеся её внешнего вида и уверенности в себе. Не то что ведьма с кривой самострижкой и обгрызенными ногтями.

Алиса изучает меня с встречным любопытством и приветствует:
– Рада познакомиться, Рита.
Сестрица Бирмана доброжелательнее, чем можно было ожидать. Каких сказок обо мне Сергей ей наплёл?
– Спасибо за помощь. Мне нужно уходить.

Шаг, второй – я не разучилась передвигаться на своих двоих. И голову могу держать прямо. Надо поторопиться.

Закидывая свои вещи в сумку, я поддерживаю светски непринудлённый диалог с Алисой:
– Куда ты пойдешь?
– Есть пара идей.
– Можешь остаться здесь.
– Нет. Лорд вернется.
– Что ты собираешься делать?
– Искать убийцу.
– Что, серьёзно? Это опасно.
– Разберусь раз и навсегда. Достала меня эта жизнь в бегах. Может, это не очевидно, но я спать люблю и книжки читать.
– Бирман в курсе?
– Да. Я зачиталась случайно, он догадался.
– Я про поиски убийцы.
– А-а. Ладно, я ему позвоню.
– У тебя деньги есть?

Натянув юбку, я роюсь в одном из потайных карманов и показываю Алисе рулончик баксов:
– Может, мне Сергею денег оставить?
– Не вздумай.
Алиса дарит мне тёплую улыбку и заговорщицки подмигивает:
– Между нами, девочками, говоря, скряге Бирману только на пользу разорить свои закрома в пользу волшебной птички.
Покопавшись в своей сумке, королева протягивает мне изящную кожаную ключницу:
– Держи. Приходи сюда, когда хочешь. И если вдруг будет нужно. Ну, я имею в виду, если вдруг больше некуда будет идти. То есть нет, даже если и будет. Вот незадача, запуталась. Короче, ключи возьми.
– Спасибо. За всё спасибо.

Будь Алиса лет на двадцать постарше, я решила бы, что мир запоздало, но послал мне встречу с доброй феей-крёстной. Подобрать сказочную аналогию для сверстницы у меня сходу не получилось. Что ж, добрая королева, однажды я тебе пригожусь.

Напоследок я сердечно чмокаю морщинистую щеку бабушки Паши. Она улыбается и бормочет очередное воспоминание:
– Эх, Рита, а ведь мою бабку тоже ведьмой называли. Когда она помирать собралась, напутствие нам, внучкам, сделала. Семеро нас было. Собрала она всех и сказала, что и во тьму, и в свет дороги открыты. А вот на другую сторону спускаться нельзя, обратного хода не найти. Если только кто руку не протянет. Из семерых одна я выжила, да и мне не до того было. Может, тебе пригодится.
– Спасибо, бабушка. Пригодится.
– Ну, беги. И возвращайся.

Дороги открыты – куда угодно. Но мне нужен всего один путь – в ту реальность, где у меня есть свой дом. Я хочу возвращаться домой.

Следующая страница: 57. Дорогая тётушка

- Мы недолго, травку чуть примнём.
– И какой мне интерес недолго травку мять? Да и травка эта… Не хочу сырой массаж. Лучше в мягкой кроватке тельце погреть.
«Привидение на просеке»