2. Семейный секрет - Татьяна Латукова. Художественная проза.
 
 
Татьяна Латукова Мы вот по спискам этим акцию за чистоту окружающей среды и проведем. Грузовики подгоним. И мотиваторов с автоматами. Тирания, мы без этого не можем.
«Талисман»

 
Ведьма Волшебные вещи Мост Бизона

Биография Произведения Интервью Библиотека


Ведьма Ведьма в лесу1. День рождения2. Семейный секрет3. Книжная ярмарка4. Журналист5. Фотографии6. Средний брат7. Родные и близкие8. Ведется следствие9. Служебный роман10. Неудачный визит11. Чужие тайны12. Белые халаты13. Старший брат14. Три ищейки15. Любовный омут16. Милый дом17. Тупики и стены18. Гейм овер19. Подарок для банкира20. Бабочка на булавке21. Роковая страсть22. Два молодца23. Песня года24. Добрый друг25. Встреча в подземке26. Злой волшебник27. Обходные маневры28. Старые чемоданы29. Розовый туман30. Вопросы этики31. Дорогою добра32. Из огня да в полымя33. Птичка в чужой норе34. Мечты сбываются35. Городские новости36. Версии и догадки37. Сокровищница 38. Тени прошлого39. Проигранная войнушка40. Семейный пасьянс41. Предсказания42. Алиса в стране абсурда43. Простая западня44. Далекие и близкие45. Птичка в клетке46. Факты и выводы47. Возвращение Ривки48. Звезды говорят49. Земляные работы50. Танцовщица51. Курица и негоцианты52. Психолог опаздывает53. Ночь и день54. Большой концерт55. Ведьма ручается56. Поцелуй57. Рассвет над городом58. Другая девушка59. Побег из больницы60. Охотники на монстров61. Плохое и хорошее62. Домик в деревне63. Разговоры, разговорчики64. Переступить черту65. Всеобщая мобилизация66. Подари мне свет67. Беги, Анютка, беги68. Пограничная зона69. Осенний лес70. Длинные дни71. Сияние за горизонтом72. Угрозы и советы73. Занавес74. Люди на кладбищеЦитаты
Персонажи циклаРита РогальскаяСерго ЛордкипанидзеСергей БирманЛев Ковалев
Волшебные вещи Талисман
Оберег
Мост Бизона Небо в алмазах





Татьяна Латукова. Ведьма в лесу (Ведьма 1.0)

2. Семейный секрет

Спустя пару недель я действительно заскочила к Дионису. Не потому, что мне так уж хотелось позировать. Просто впервые после многих лет кто-то вдруг заговорил о маме, и я решила, что будет любопытно повыспрашивать Диониса о том, о сем.

Но Дионис был в творческом ударе. Поэтому он сразу начал громить шкафы в собственной студии, собирая барахло, которое, по его мнению, должно было что-то там символизировать. Старое-новое, мертвое-живое и тому подобное. В итоге он водрузил на меня черный парик под Мирей Матье и шляпу, увидев которую, любая красотка рококо скончалась бы от невыносимой зависти. Вместо платья мне пришлось облачиться в странного вида халат со множеством висящих лоскутов. По команде Диониса я то сидела на роскошном красном диване (снимок на этом диване для моделек Диониса – что-то вроде ордена «За заслуги перед фотографом», так что я собой возгордилась), то лежала на черно-белом ковре, то зависала над огромным подоконником.

Дионис снимал меня и раньше. Мое неузнаваемое под макияжем лицо засветилось даже на нескольких международных биеналле, но лишь теперь он вдруг стал по-настоящему одержим придуманным для меня образом и чем-то, что видел в окошке своей камеры. Я слышала возбужденный шепоток девчонок-моделей, которых парочка-другая всегда пасется в студии. Дионис творит! Гений! Фотограф века!

- Вот, как говаривали классики, начнешь изучать фамильные портреты, уверуешь в переселение душ. Ты, Риточка, потрясена будешь. А еще говорят, от нас что-то зависит. Все, все уже заложено. Вот они, гены-хромосомы-днк. И руки у тебя, как у матери. С такими же длинными пальцами. Потрясающе!

Когда творческий азарт фотографа поостыл, я все же решилась выдать Дионису семейный секрет:

- Дядь Денис, ты только не обижайся, но то, что я похожа на мать, доказывает только то, что воспитание закладывает в нас куда больше, чем кажется.

- Не понял, к чему ты клонишь.

- Меня усыновили. В три года. Мы с мамой не родные друг другу.

Дионис долго смотрел на меня, склонив голову набок, а потом решительно отверг факты:

- Не может быть, чтобы не было никакого родства.

- Ну, бывают же люди-двойники. Наверное, она поэтому и приметила меня в детдоме.

- Почему я ничего об этом не знаю?

- Ну, изначально никто ничего не скрывал. Просто некоторые факты сначала тихо умалчивали, не афишировали. Потом за давностью лет все, что называется, быльем поросло.

- А твои братья?

- Их тоже усыновили. У мамы не могло быть детей.

Дионис молча дошел до бара, налил себе чего-то крепкого из пузатой бутылки, рывком опрокинул содержимое стакана в рот, выдохнул, а затем тяжело высказался:

- Я поражен до глубины души. Правда. Потому что в этой истории кое-что не сходится. У тебя есть мамины фотографии?

- Дома есть. Но я туда соваться не буду. Ты же знаешь, мы с отцом не слишком-то ладим. Мне его лишний раз злить из-за такой ерунды не хочется.

- Ладно, я как эти твои фотки сделаю – пороюсь в старых коробках – тогда ты сама все увидишь. Не может такого быть, чтобы ты была ей чужой. Ты по масти другая, это да, но в остальном сходство неоспоримое. Ты когда на вечеринке появилась, я прямо замер. У твоей матери тоже было желтое платье, и на мгновение я решил, что вижу ее призрак. Знаешь, она была необыкновенной, неземной, и я бы не удивился, если бы она превратилась в привидение. Я даже был разочарован, что это всего-навсего ее живехонькая дочь.

- Мне как-то не по себе от твоих слов. Но спасибо. Ты хорошо знал маму?

- Ну, как тебе сказать. Тебя я вот хорошо знаю? Настолько, насколько мне камера позволяет. Ты – комнатный цветочек с хрупкими лепестками, вынужденный расти не в теплой уютной оранжерее, а на обочине скоростного шоссе. Ты выглядишь, как обычная «деушка», каких полно в этом городе. Но все это – обман, потому что ты выносливей пустырника и вредней чертополоха. Ты разочаровываешь проявлением внутренней силы. А вот Маша всегда и везде была шикарной розой. В любых условиях она завораживала чем-то таинственным, спрятанным между лепестков. Ее любили за красоту и одухотворенность, за страстность и гордость. Посмотри, как Ариадна пыжится быть неотразимой – так вот это она твою мать копирует, хотя и с успехом провинциальной мартышки из цирка.

Я невольно засмеялась, представив себе некую мартышку с чертами лица великой актрисы. Дионис улыбнулся и продолжил:

- У твоей матери было много обожателей, но она сама по правде была немного замкнутой. С виду общительной, веселой, но не откровенной. Ариадна сейчас о великой дружбе глаголет, но кто знает, что было бы, доживи Маша до нынешних лет.

- А в её великую любовь с отцом ты веришь?

- Да. Это было как озарение с небес. Во всяком случае с его стороны точно. Он глаз от нее отвести не мог. И готов был на все ради одной ее улыбки. Знаешь, это только звучит красиво, но на деле пугает. Прикажи она ему выпрыгнуть в окно, он бы, не задумываясь, прыгнул в тот же момент. Думаю, твою мать такая самоотверженность напрягала, потому что она всегда была очень точна в своих пожеланиях и просьбах. Зато никогда ни о чем не беспокоилась. Полагалась на отца. Сообщала ему о том, что нужно купить, достать, сделать, и забывала о проблеме.

- А мы, ну то есть дети. Ты, правда, не знал об усыновлении?

- Милая, я не настолько стар, как тебе хочется это представить. Я когда с твоими предками познакомился, ты вроде уже в школе училась. Думаешь, меня волновало твое существование, не говоря о прочих тонкостях твоего бытия?

- Ты сказал, что у тебя есть мамины фото?

- Да, однажды я сделал для нее серию, но ей не понравилось.

- Пообещай, что как-нибудь найдешь их, ладно?

- Ритуля, пообещаю хоть луну с неба, только это ничего не будет стоить, да ты и сама это знаешь. Но если тебя так мать интересует, поговори с Ариадной, с отцом, узнай, как она жила, с кем общалась. Может, и ребус с усыновлением решишь.

Дионис быстро пропустил ещё стаканчик. Все эти откровения явно излечили его художественный раж. Поболтав еще немного о своей будущей великой выставке, он меня откровенно выпроводил, пообещав прислать мои снимки – «как только я решу, что они готовы» - и мамины старые фото – «если вдруг да кабы о них вспомню». По опыту я знала, что все это равновероятно может означать любой день от завтра до никогда.

Не сглупила ли я, раскрыв свое усыновление Дионису? Хотя - чего бояться?

Я узнала о том, что я – приемный ребенок, около десяти лет назад - через две недели после похорон матери. Однажды вечером, после проверки уроков, отец усадил меня за стол и своим фирменным деловым тоном поставил меня в известность о событиях моего детства. Что я – подкидыш, что поместили меня, как и всякую прочую подобную шваль, в дом ребенка. Что мама случайно увидела меня за забором этого мерзкого заведения, и что я, подлое существо (трех лет от роду), обманным путем (состроив умильную мордашку) втерлась к ней в доверие. Что отец был категорически против, но мама все же уговорила его забрать домой лживое отродье, от которого семье пришлось пережить множество неисчислимых бед (двойки за поведение, отиты, простуды, траты на платья и колготки)…

Истории братьев оказались примерно такими же, кроме одной детали – они были полными сиротами, их родители умерли, и в детском доме они оказались из-за того, что никто из родственников не пожелал взять малюток к себе. Костика усыновили в четыре года, и почти сразу за ним двухлетнего Сашу. Я в тот момент только появилась на свет, и оказалась в доме Рогальских еще через три года…

Какое-то время после этих откровений я обвиняла отца в ненависти к нам, но потом поняла, что он был всего-навсего честен. Он когда-то принял нас, потому что так хотела мама, которую он безумно любил. Но когда ее не стало, терпеть нас оказалось выше его сил. Двадцатилетний Константин сразу перевелся из престижного Московского Университета в какой-то захудалый провинциальный вуз Дальнолесинска. Город был выбран наобум, но там же Костя и обосновался после окончания учебы. Проворачивая какие-то не очень понятные мне дела вокруг порта, он довольно быстро встал на ноги, обустроился и зажил размеренной бизнесменской жизнью.

Александр перетерпел несколько месяцев до восемнадцати и ушел в армию, чтобы после срочной службы завербоваться по контракту и начать воинскую карьеру.

С отцом осталась только я. Девочка-ведьма с фантазиями о странной женщине, материализовавшейся в одной отдельной точке пространства-времени только лишь для того, чтобы произвести меня на свет. Я придумывала о ней разные истории. То она была глубоко религиозной женщиной, которая попала в неприятную историю с мужчиной и, зная, что возненавидит ребенка, выбрала противоречивое решение - родить ребенка и бросить. То я верила, что женщина родила меня от большой любви, но обстоятельства разлучили ее с любимым, и она оставила меня на время, пока ветер не переменится. Но он так и не переменился, несчастная попала в ужасные беды и умерла в горе и одиночестве, так и не увидев больше свою милую крошку (Диккенса я прочитала много позже).

Одно время я сделала из биоматери этакий женский вариант Робинзона Крузо – она попала в кораблекрушение и выживает на необитаемом острове только для того, чтобы найти меня и обнять со слезами.

Все эти самообманки не были предательством мамы. Только попыткой спастись в иллюзорном мире. Настоящий мир подчинялся железной воле отца. Два года я старалась быть тихой и незаметной, чтобы только не нарываться на бесконечные нотации с неизменным выводом о том, что я могла бы лучше беречь память о маме. А потом оказалось, что все обязательства отец по отношению ко мне выполнил, и я могу быть свободна. Проще говоря, вольна катиться на все четыре стороны. Я и покатилась…



3. Книжная ярмарка



    • Главная   • Ведьма   • Ведьма в лесу   • 2. Семейный секрет  

Скачать бесплатно книгу Татьяны Латуковой «Ведьма в лесу»

Купить бумажную или электронную книгу Татьяны Латуковой «Талисман»




© Татьяна Латукова    Художественная проза, детективы, любовный роман, фантастика.
Воспроизведение, публикация, перепечатка произведений в любой форме допускается только с письменного разрешения автора. Использование материалов сайта разрешено только при условии размещения действующей активной гипертекстовой ссылки на сайт, доступной поисковым системам.

Рецензии и отзывы
Творческие планы
E-mail
Карта сайта