Татьяна Латукова. Ведьма в лесу

Серия детективных романов «Ведьма». Книга первая

Глава 100. Люди на кладбище

Кладбище. Могила, богато разукрашенная цветами. Надпись на огромном камне: «Любимой».

Они действительно любили её. Каждую её клеточку, каждое движение, каждый взгляд и вздох. Любили до одури, до сумасшествия, до погибели.

Кусочек поверхности камня отполирован, и на нём ровными маленькими буквами выбиты имена отца и Френда.

Никого не спрашивая, я забрала тела Джека и Джорджа после всех экспертиз. И кремировала останки. Урны с пеплом я отвезла в Коломну, и милая, давно сумасшедшая старушка рассыпала прах обоих своих сыновей над слиянием двух мутных рек.

Саша был шокирован и моим решением, и тем, как быстро я провернула всё в одиночку. Мнением Кости я не поинтересовалась, хотя он предлагал что-то своё. В итоге братья согласились, что я была вправе сделать то, что сделала. А что ещё им оставалось?

Галина Симонова рассказала мне историю моего усыновления. Я не была тайным ребенком порочной страсти, я не была плодом любви мамы к брату мужа, я вообще не имела кровного отношения к Рогальским.

Я была замёрзшим вокзальным подкидышем. Однажды вечером Маша Рогальская между свистом ветра, стуком колес и гудками электровоза услышала непривычный звук. Она и обнаружила свёрток, в котором оказалась задыхающаяся кашлем синяя девочка. Понадобилось три года и невесть сколько ухищрений, но она всё же удочерила меня…

Холодный ветерок приносит мелкий противный снег и швыряет его горстями мне в лицо, словно напоминая о том, что случилось больше четверти века назад. Но это прошлое больше не властно надо мной.
Где же мой братик-красавец?

Ждать приходится ещё минут пятнадцать. Наконец, высокая фигура в новой кожаной куртке неуверенно приближается к могиле, и я, не поворачивая головы, здороваюсь:
– Привет.

Акела кивает головой и пристально смотрит вглубь гранитного монолита, словно пытаясь силой взгляда разнести камень на щебенку. Я молчу, понимая, что ему тоже нужно время. Попрощаться с прошлым. Подумать о будущем.

Я понимаю, что он скажет, за мгновение до того, как звучат сами слова, и вздыхаю с облегчением. Он решил правильно.
– Я забираю Анюту в Питер.
Твёрдо, но с житейской горечью.

Я представляю себе камни Петропавловки. Необычно яркое жёлтое солнце над тёмной водой Невы. Жёлтый, привезенный издалека песок. Взлетающего над волейбольной сеткой мужчину в жёлтой майке – сильного и беззаботного. Счастливую девушку в жёлтом платьице. Простую, весёлую, открытую…

Почувствовав лёгкую встряску, я открываю глаза – это брат взял меня за плечи и тревожно вглядывается в моё лицо:
– Рита, ты в порядке?

В синем взгляде, таком знакомом с детства, я улавливаю беспокойство обо мне. Сердце заполняет щемящее чувство нежности, благодарности. Брат. Кто бы мы ни были, мама скрепила нас семейными узами. Мы всегда будем братом и сестрой.
– Поехали со мной. Дела подождут. Да и всё уже решено. Я Анютке предложение сделал. Ты слышишь? Поехали вместе. Мы семья, Ритка. Понимаешь? Кроме тебя, у меня никого больше нет.
– Я знаю. Я приеду к вам. Правда. Только чуть позже.

Брат отпускает мои плечи и спрашивает, сам до конца не понимая, что хочет узнать:
– Как Кирилл?
Я пожимаю плечами, и он раздраженно машет рукой:
– Дурочка. Чего ты боишься?
– Себя.
– Ясно. Майор или капитан?
– Причём здесь они?
– Ты прячешь глаза, Рита, вот причём.

Мы молчим ещё немного, каждый о своём. Саша первым нарушает тишину:
– Ты ведь что-то скрыла, да? Всё было не так, как сыщики сказали? Что там, во тьме, Рита? Скажи мне. Я смогу это принять. Теперь смогу. Просто расскажи…
– Я приеду в Питер. И тогда всё расскажу.
– Хочешь, я останусь здесь, с тобой…
– Нет, Акела. Со мной всё в порядке. Не волнуйся, у нас у всех всё будет в порядке. Какое-то время.
Пауза тянется, растягивается, удлиняется – и обрывается:
– Ладно, мне пора. До встречи, сестрёнка.

Брат чмокает меня в щеку и быстро уходит.
Я добавляю в свою мысленную идиллию важную деталь. Улыбающаяся женщина в жёлтом платьице держит на руках малыша-годовасика. А малыш держит в ручке погремушку – яркий жёлтый шар на колечке. Волейболист слышит, как гремит погремушка, оборачивается и машет жене и сыну рукой.
Да-да, именно так. Я так хочу. И так будет.

Я жду ещё немного, размышляя о разных высоких материях. Но время не бесконечно, пора заняться своими делами.
«Прощайте. Мама. Отец. Дядюшка. Простите меня. Да обретут ваши души в ином мире покой».

Едва я отхожу от могилы, звонит мобильник.
– Ах ты, проклятая змея! Гадюка подколодная!

Голос Изабеллы доносится как из другой вселенной.
Я слушаю оскорбления бывшей подруги и шагаю по широкой аллее к выходу. Остановившись в воротах кладбища, я бросаю всё ещё говорящий что-то мобильник в мусорку. Вот так.
Несколько минут я стою совсем одна посередине мира.

Кирилл ждёт меня, облокотившись на дверцу машины. Тёплый взгляд карих глаз согревает лаской и подбадривает. Поёжившись на холодном ветру, я медленно иду к нему.

Я – ведьма. Я построю новый цветной мир.

Москва, 2011, 2017, 2026

Продолжение следует...

Следующая страница: Цитаты

Иногда мне хочется протянуть ей руку и сказать, что глупо жить в злости. А иногда я боюсь её до такой степени, что хочу убить.
«Небо в алмазах»