15. Любовный омут - Татьяна Латукова. Художественная проза.
 
 
Татьяна Латукова Вот представь, подхожу я этак к Клоуну и спрашиваю: какого рожна твои люди пытаются покопаться в наших военных секретах? А он мне честно-честно так: а нам интересно.
«Талисман»

 
Ведьма Волшебные вещи Мост Бизона

Биография Произведения Интервью Библиотека


Ведьма Ведьма в лесу1. День рождения2. Семейный секрет3. Книжная ярмарка4. Журналист5. Фотографии6. Средний брат7. Родные и близкие8. Ведется следствие9. Служебный роман10. Неудачный визит11. Чужие тайны12. Белые халаты13. Старший брат14. Три ищейки15. Любовный омут16. Милый дом17. Тупики и стены18. Гейм овер19. Подарок для банкира20. Бабочка на булавке21. Роковая страсть22. Два молодца23. Песня года24. Добрый друг25. Встреча в подземке26. Злой волшебник27. Обходные маневры28. Старые чемоданы29. Розовый туман30. Вопросы этики31. Дорогою добра32. Из огня да в полымя33. Птичка в чужой норе34. Мечты сбываются35. Городские новости36. Версии и догадки37. Сокровищница 38. Тени прошлого39. Проигранная войнушка40. Семейный пасьянс41. Предсказания42. Алиса в стране абсурда43. Простая западня44. Далекие и близкие45. Птичка в клетке46. Факты и выводы47. Возвращение Ривки48. Звезды говорят49. Земляные работы50. Танцовщица51. Курица и негоцианты52. Психолог опаздывает53. Ночь и день54. Большой концерт55. Ведьма ручается56. Поцелуй57. Рассвет над городом58. Другая девушка59. Побег из больницы60. Охотники на монстров61. Плохое и хорошее62. Домик в деревне63. Разговоры, разговорчики64. Переступить черту65. Всеобщая мобилизация66. Подари мне свет67. Беги, Анютка, беги68. Пограничная зона69. Осенний лес70. Длинные дни71. Сияние за горизонтом72. Угрозы и советы73. Занавес74. Люди на кладбищеЦитаты
Персонажи циклаРита РогальскаяСерго ЛордкипанидзеСергей БирманЛев Ковалев
Волшебные вещи Талисман
Оберег
Мост Бизона Небо в алмазах





Татьяна Латукова. Ведьма в лесу (Ведьма 1.0)

15. Любовный омут

Семейные тайны оставались тайнами, и, денек все же передохнув, я продолжила свои поиски входа в подземелье со скелетами.

Мумия, о которой толковала мне Лидия Борисовна Коряга, оказалась бодрой бабушкой восьмидесяти с чем-то лет, поборницей права пожилых на полноценную жизнь. Бабушка направила меня к другой бабушке, которая в свою очередь свела меня со своей подругой, от которой я узнала о другой подруге, которая работала где-то в недрах народного образования и вроде была в курсе одной печальной истории, связанной с моей матерью.

Проделав все эти путешествия по «дому, где живут подруги и бабушки», я, в конце концов, все же оказалась в приемной Софьи Руденко.

И здесь оказалось достаточно произнести только имя матери, как слова полились рекой. История оказалась драматичной, хотя и недосказанной в деталях.

Софочка Руденко чуть меньше двадцати лет назад была уже заслуженным педагогом с солидным стажем. Правительственная награда и радужные карьерные перспективы оставляли мало времени на личную жизнь. После двух крушений семейных лодок Софочка не хотела рисковать, но тут в ее жизнь ворвался Мурад.

Софья всегда считала, что ее тип – это голубоглазые блондины, поэтому внезапный интерес к ней со стороны жгучего брюнета с Кавказа казался странным, тем более, что азербайджанец был моложе Софочки на пятнадцать лет. Но устоять оказалось решительно невозможно, и вскоре парочка зажила вместе, благо трехкомнатная квартира, доставшаяся Софье от второго мужа, вполне позволяла разместить любовника. Дети Софьи оканчивали школу и по большому счету в материнской опеке уже не нуждались, учительская лямка и работа на благо всеобщего образования давно приелись, Софья поняла, что настало время пожить в свое удовольствие. Примерно год все складывалось просто волшебно. Мурад был обаятелен, внимателен и все время говорил Софочке о любви.

Где-то незадолго перед очередным Новым годом в комитет образования, которым руководила Софья, пришла работать Маша Рогальская. Красивая, уверенная в себе, моложе свой начальницы лет на десять, Маша тем не менее знала свое место и этим сразу завоевала доверие. Женщины вскоре сблизились и даже стали общаться неформально.

В праздник Маша пригласила весь женский коллектив к себе в гости, и все с легкой завистью обнаружили, что у новой методистки очень интересный муж, к тому же гладко говорящий о каких-то умных вещах так, словно каждая из женщин может их понять. Это автоматическое вознесение собеседника до собственной интеллектуальной высоты позволило Жене моментально стать душой общества. Еще больше очков Евгений получил, когда стало понятно – легкий флирт он допускает, но жену боготворит и даже мысли о возможности измены ей не допускает. Софья была абсолютно искренна, когда расхваливала моего отца исключительно с превосходными степенями: «самый умный», «самый верный», «самый лучший мужчина, которого я когда-либо встречала».

Шоком оказалось то, что этому чудо-мужчине может изменять жена. Первые признаки неверности Маши Софья обнаружила уже в январе. Маша ближе к вечеру часто отвечала на странные телефонные звонки, рассказывая о своих планах на вечер. На вопросы о том, кто звонит, отшучивалась большой родней. Несколько раз, отпросившись пораньше, Маша не отправлялась домой. Софья специально звонила Жене, чтобы удостовериться – подруга гуляет от мужа. Попытка решительного разговора провалилась. Маша все отрицала и даже сгоряча обвинила начальницу в том, что та сует нос не в свои дела. Софочка обиделась и почти месяц женщины разговаривали только в официальном тоне. Но потом Маша, не выдержав, призналась, что за ней ухаживает другой мужчина. Она пока еще не сдалась окончательно, но близка к измене, как никогда раньше. И муж, и этот другой без ума от нее, а она никак не может выбрать, с кем быть. Женечка несомненно был идеальным мужем, но тот, другой, был так влюблен, так романтичен, так жаждал ее ответной страсти.

Софья была настроена решительно. Муж – и только он - может составить счастье Маши, с потенциальным любовником надо порвать и как можно быстрее. Нельзя обманывать идеального Женю, нельзя ставить под угрозу столь крепкий и счастливый брак. И если надо – Софочка поможет младшей подруге всем сердцем, всей душой.

Я задумчиво слушала излияния пожилой и немного воинственной женщины со смешанными чувствами. В историях про маму было столько страстей. Но никто не помнил о маленьких детях. Немного невпопад я спросила:

- А вы не помните, у Маши и Жени были дети?

- Да, вроде был ребенок, мальчик, лет шести, но я его ни разу не видела, он все время жил у бабушки. Маша считала, что ему лучше расти в деревне, на воздухе. Она не слишком о нем волновалась.

- Только один ребенок?

- Да, точно один.

А где же тогда был четырехлетний Акела? Если его усыновили вместе с Костей, то почему о нем никто не знал? И кто такая эта деревенская бабушка, у которой якобы жил один-единственный ребенок? Вроде бабушки-дедушки по маме и отцу умерли еще до нашего рождения. Так откуда взялась еще какая-то бабушка и где находится эта загадочная деревня, куда сплавляли маленького Костю?..

 

Софочка между тем приблизилась к развязке драмы. За напряженной весной и спокойным летом пришла осень и День учителя. Именно там все и случилось.

Праздник удался на славу. Хотя в стране и царила эпоха дефицита, стол удалось собрать очень приличный. А Мурад принес несколько бутылок вина и коньяка, так что все веселились на полную катушку. Маша и Мурад встречались на таких сборищах и раньше. Но только в тот день Софья вдруг почувствовала уколы ревности, глядя, как подруга бесцеремонно кладет руку на плечо ее возлюбленного, а Мурад обнимает ее за талию, словно случайно соскальзывая рукой ниже и поглаживая ягодицы, обтянутые юбкой.

Отгоняя дурные мысли, Софья занималась организацией небольшого представления, после которого обнаружила, что ни Мурада, ни Маши нет в зале. Она застала их прямо на подоконнике окна на запасной лестнице. Со спущенными штанами Мурад трахал раскоряченную Машу, забыв про все обеты любви и нежности. Софья закричала, стали подтягиваться еще люди, но парочке было все равно. Они остановились только после того, как тела синхронно сотряслись в финальной конвульсии.

М-да, немецкая порнуха отдыхает. Я подозревала, что Софочка никогда не видела никакой порнухи, и зрелище непристойного совокупления в неожиданном месте, вероятно, возбудило ее как ничто другое. Увы, вряд ли она могла правильно разобраться в реакциях своего тела.

- Вы расстались с Мурадом?

- Да. – Тут из глаз Софьи потекли обильные слезы, и она всхлипнула совсем по-детски, словно маленькая девочка, уронившая мишку на пол. - Я устроила тогда жуткий скандал. Высказала ему всё. Кричала, что не люблю его, и что он может убираться на все четыре стороны. Он плакал, умолял простить, даже на коленях стоял. Говорил, что на него затмение нашло, что он просто выпил лишнего. Но я была непреклонна. Выставила его. А он ушёл и не вернулся. Пропал.

- Как это пропал?

- Исчез. Последний раз его видели на Крымском мосту. И в милиции мне так и сказали, что он покончил с собой, бросившись в реку. И что тело могло унести довольно далеко, и не обязательно, что его когда-либо вообще найдут.

- Он оставил записку?

- Нет. Но он сложил все свои вещи, как если бы собирался уезжать. И сверху положил мою книгу – стихи Цветаевой. Я подарила ему незадолго перед этим.

- А что Маша?

- Да ничего. Ну, пришлось ей, конечно, уволится. Сейчас-то иначе на это смотрят, а тогда столько народу ее позор видело, что сразу предложили по собственному желанию написать. Ну она свою мерзкую суть и показала – орала, что и на меня ей плевать, и на Мурада. И что все эти месяцы она мне голову морочила любовником, а на самом деле за моей спиной соблазняла Мурада. И что мне за все время никогда не удавалось удовлетворить его так, как она смогла за один раз. И девочек из отдела всех разом оскорбила – обзывалась матерно и смеялась, говорила, что любой наш мужик ради ее юбки на все пойдет.

- А ее муж?

- Не знаю. Я его больше не видела.

- А вы не припомните точно, куда именно она перевелась?

- Кажется, в министерство, но я не уверена.

 

Софья так и не спросила меня, кто я собственно такая и почему интересуюсь адюльтерами двадцатилетней давности. Ей так хотелось выговорить застарелую боль, что было уже неважно, кому исповедаться.

Но я почему-то была уверена, что Софья сделала в своих выводах роковую ошибку. Мурад вовсе не был тем любовником, о котором рассказывала ей Маша. Любовь на подоконнике скорее была спонтанной выходкой, неожиданной реакцией двух взведенных страстью людей. Постоянные любовники устраивают спокойные свидания наедине, подальше от чужих глаз. Но подоконник? Мурад заплатил слишком высокую цену за невозможность удержать кое-что в штанах. А у мамы не было возможности что-либо объяснить подруге. Да и можно ли было что-то объяснить? Понимала ли она, что делает, растопыривая ноги на злополучном подоконнике?

Я попыталась поставить себя на место Маши Рогальской. Вот есть надежный муж, которого все женщины вокруг считают идеальным. Вот есть любовник, ну или претендент на роль главного любовника, некто Третий, обольстительно-неотразимый герой. И красивая женщина мечется между ними, выбирая то стену, за которой жить, то страсть, без которой не жить. Куда в этом пасьянсе разложить еще и эпизод с подоконником? Может, мама просто пыталась сбежать от обоих надоевших персонажей? Хотела откусить еще один запретный плод?

И почему нежный образ мамы, хранимый в моем сердце, так явно и пугающе не совпадает с тем, какой ее видели другие люди?



16. Милый дом



    • Главная   • Ведьма   • Ведьма в лесу   • 15. Любовный омут  

Скачать бесплатно книгу Татьяны Латуковой «Ведьма в лесу»

Купить бумажную или электронную книгу Татьяны Латуковой «Талисман»




© Татьяна Латукова    Художественная проза, детективы, любовный роман, фантастика.
Воспроизведение, публикация, перепечатка произведений в любой форме допускается только с письменного разрешения автора. Использование материалов сайта разрешено только при условии размещения действующей активной гипертекстовой ссылки на сайт, доступной поисковым системам.

Рецензии и отзывы
Творческие планы
E-mail
Карта сайта